1. /
  2. Совок Социализм
  3. /
  4. Генри Киссинджер – советский...

Генри Киссинджер – советский агент

Из книги Гэри Аллена «Киссинджер. Секретная сторона Государственного секретаря» (1976)

Об авторе: Гэри Аллен (1936-1986) – американский правоконсервативный журналист, сторонник «теории заговоров», открытый противник Совета по международным отношениям, автор нескольких книг на эту тему, из которых наиболее известна «Никто не осмеливается назвать это заговором».

Глава 11.

Человек Москвы в Вашингтоне?

14 августа 1975 года, во время пресс-конференции в отеле «Хайатт» в Бирмингеме, штат Алабама, Госсекретарю Генри А. Киссинджеру задали самый смущающий вопрос. Репортер спросил:

“Г-н Секретарь, мы получили отчет, что полковник Михал Голеневский, который был офицером польской военной разведки во Второй мировой войне, идентифицировал список агентов и офицеров КГБ и ГРУ, которые с тех пор были арестованы, попали под суд и были признаны виновными.

Полковник… идентифицировал также Вас, г-н Киссинджер, как работавшего на советскую разведывательную сеть – кодовое название ОДРА – размещенную в Германии во время Второй мировой войны, в то самое время, когда Вы были следователем военной контрразведки армии США и преподавателем в школе военной разведки.

Действительно ли это так? А если нет, то как Вы объясните, почему Ваше имя находится в списке Голеневского?”

С характерной самоуверенностью внешне невозмутимый Госсекретарь ответил: “Я не знаю, кто такой полковник Голеневский, но я думаю, что ему нужно дать Пулитцеровскую премию за беллетристику”.

Но с этим связана другая история, и даже, фактически, несколько историй.

Начнем с того, что как один из самых высокопоставленных людей, отвечавших за национальную безопасность, к которому и через которого стекаются все данные всех разведок в Вашингтон и из Вашингтона, Генри Киссинджер, конечно, знал, кто такой полковник Голеневский.

Во-первых, как мы увидим, Голеневский был одним из самых важных невозвращенцев из аппарата разведки коммунистического блока, который когда-либо смог достигнуть наших берегов. Его “расспрос” Государственным департаментом и ЦРУ занял годы; за это время Голеневский идентифицировал сотни двойных агентов, и его отчет был непревзойденным по точности.

Кроме того слухи о вербовке Киссинджера КГБ ходили в течение многих лет, и были предметом сотен, если не тысяч, запросов к Государственному департаменту и Белому дому. Едва возможно, что Генри К – человек, который собирал сплетни так же, как Дж. Пол Гетти, собирал картины – не услышал бы о них.

История фактически началась в начале 1950-х, когда один полковник в польской разведке начал снабжать американцев данными о советских операциях и агентах. Человек назвался Михалом Голеневским и сказал, что был верным антикоммунистом.

В течение следующего десятилетия Голеневский снабдил американских агентов более чем 5 000 страниц сверхсекретных документов, 160 микрофильмами секретных отчетов, 800 страницами советских разведывательных сводок, именами сотен коммунистических агентов в Западной Европе, и намного большим.

Тогда в 1961 году, боясь, что его шпионаж на пользу США будет обнаружен КГБ, Голеневский сбежал в Соединенные Штаты. Он прибыл в эту страну 12 января 1961 года на военно-транспортном самолете ВВС США в сопровождении агента ЦРУ Гомера Э. Романа.

Офицер безопасности Государственного департамента Джон Норпл-младший свидетельствовал перед подкомиссией Внутренней безопасности Сената, что среди обильной информации, которой Голеневский снабжал американцев во время трехлетних опросов, ни один факт не был признан неверным или неточным.

Известно, что сведения Голеневского привели, среди прочего, к разоблачению главного сексуально-шпионского скандала в американском Посольстве в Варшаве, идентификации советского разведчика полковника Колона Молодого и четырех членов его ячейки в Англии, разоблачению шведского полковника Стига Эрика Веннерстрёма как двойного агента и генерала в советском КГБ.

Голеневский показал, что офицер британской разведки Джордж Блэйк был советским шпионом, он идентифицировал множество других сотрудников КГБ и ГРУ в Западной Германии, Дании, и Франции. Столь ценными были его открытия, что 88-ой Конгресс издал Резолюцию 5507, чтобы поблагодарить Голеневского за его вклад в американскую безопасность и в наши усилия по разведке.

Резолюция в частности гласила, что Голеневский “сотрудничал с правительством в выдающейся манере и при обстоятельствах, которые содержали для него серьезный личный риск. Он продолжает делать крупный вклады в национальную безопасность Соединенных Штатов. Его основным мотивом в предложении работать с правительством было и остается его желание противостоять угрозе советского коммунизма”.

Другими словами этому человеку вполне можно было доверять. Он был высокопоставленным коммунистическим разведчиком; он выдал буквально сотни коммунистических агентов на Западе – людей, являвшихся предателями тех стран, которым они якобы служат.

И какой главный смысл этой истории? Точно этот: одним из людей, идентифицированных Голеневским в начале 1960-ых как советских агентов, был неизвестным профессор в Гарварде по имени Генри А. Киссинджер. Вот невероятный рассказ, описанный Аланом Стэнгом, пишущим редактором журнала «Америкен Опинион» в мартовском номере за 1976 год:

В первые дни после Второй мировой войны, Советы организовали агентурную сеть в Польше под кодовым обозначением ОДРА. Ее главная цель состояла в том, чтобы проникнуть в британскую и американскую военную разведку. Сетью ОДРА руководил советский генерал, якобы по фамилии Железников; его местным руководителем был полковник Куюн (Кужун?).

В 1954 Куюн был отозван в Москву объяснить таинственное убийство советской женщины-курьера и исчезновение важного материала, включая 480 тысяч из разведывательного фонда. Боясь расстрела, Куюн попытался совершить самоубийство, но вместо этого раненный попал в больницу, которой управляет GZI, польский эквивалент российского КГБ.

Руководитель GZI, полковник Вознесенский, подробно допросил Куюна. Он хранил результаты своего расследования в сейфе. Вознесенского позже заменил полковник Скульбашевский, которого в 1956 непосредственно сменил Голеневский. “Польский” агент сказал Стэнгу, что он унаследовал офис Скульбашевского, его досье и сейф, в последнем содержалось приблизительно 1500 страниц документов.

Приблизительно двадцать страниц этих документов были на русском языке и написаны почерком Вознесенского. Они касались допроса полковника Куюна в 1954 году и включали список истинных имен, так же как и псевдонимов, основных агентов сети ОДРА в Европе

Одним таким шпионом был Эрнст Бозенхард, который был нанят как клерк в американском Штабе Разведки в Обераммергау, Германия. Бозенхард переслал невыразимое количество сверхсекретных документов Москве прежде, чем был арестован и признан виновным в шпионаже в 1951 году.

Другое имя в списке Вознесенского был агент «Бор», который работал с Бозенхардом в Обераммергау. Обновление 1954 года указало, что «Бор»” возвратился в Соединенные Штаты, был теперь в Гарвардском университете, и тайно сотрудничал с Центральным разведывательным управлением США.

Согласно списку, настоящим именем «Бора» был сержант Генри А. Киссинджер. Стэнг затем сообщает о следующей беседе, которую он имел с Голеневским:

“Вы фактически присутствовали, когда КГБ открыл сейф полковника Скульбашевского?”

“Ну, я открыл сейф полковника Скульбашевского.”

“Вы открыли его сами?”

“Правильно”.

“И в сейфе полковника Скульбашевского был список советских агентов – и в том списке было имя: Генри Киссинджер.”

“Правильно”.

Голеневский также сказал Стэнгу:

“В это время я узнал о сержанте Киссинджере, Сержант Киссинджер был для меня совсем никто. Я не знал, кем он был. Я не знал, был ли он еврей, или он был немец, или каким еще чертом он был. Что я знал, что он каким-то образом попал в сеть советской контрразведки «Смерш» под псевдонимом «Бор», и это произошло когда-то в Германии после того, как он попал туда с американской армией. И в 1961 году для меня это был один из сотни случаев. Я ему не уделял внимания. Таких случаев действительно были сотни, как Вы видите.”

Если есть пусть даже самая отдаленная возможность, что эти обвинения верны, как мог Киссинджер получить хоть какую-то правительственную должность, не говоря уже о той высокой позиции, которую он занимает сегодня? Во-первых, вспомните, что к 1968 году, открытия Голеневского были похоронены глубоко в недрах правительственных управлений безопасности.

Кроме того Ричард Никсон столь стремился заполучить Киссинджера на должность, что президент отказался от нормальной проверки безопасности Генри. К тому времени, когда проблема была поднята, Киссинджер был Царем Горы, в том, что касалось безопасности; он сам приказывал следователям кем следует заниматься.

Да, это могло произойти… и происходило. Тридцать лет назад Алджер Хисс своим примером доказал, что советский шпион мог сидеть по правую руку от президента. Только два года назад западногерманский канцлер Вилли Брандт был вынужден уйти в отставку, когда было доказано, что один из его главных помощников, Гюнтер Гийом, был восточногерманским коммунистическим шпионом. Гийом дурачил западногерманскую контрразведку – которая очень чутко ощущает коммунистические методы проникновения – в течение многих лет.

Были усилия отклонить обвинения Голеневского как “дезинформацию”, тщательно подготовленную КГБ. Один автор, Ричард Дикон, даже предполагает в своей книге «Китайская Секретная служба», что КГБ был готово пожертвовать такими ключевыми агентами как Веннерстрём, Блэйк, Moлодый и Крогеры, чтобы повысить доверие к ложному невозвращенцу.

Такое обвинение предполагает, что Советы расценивают Генри K как опасного антикоммунистического противника. Но насколько мы видели, на самом деле это абсолютно не так! Генри – по крайней мере, один из пользующихся наибольшим доверием друзей и коллег коммунистов.

Кроме того обвинения Голеневского появились по крайней мере двенадцать лет назад – задолго до того, как Генри K. достиг какого-либо национального положения или престижа. Это – факт, что Голеневский узнал об имени Киссинджера как советского агента так давно, когда не было повода преследовать какие-либо корыстные цели в отношении Киссинджера, потому мы вправе полагать, что обвинение верно.

Но странно, что за исключением нескольких статей в маленьких журналах о разведке, главные СМИ отказались коснуться утверждений Голеневского даже десятифутовым шестом. Возможно, правдоподобность его была запятнана, когда нью-йоркская газета идентифицировала «польского» невозвращенца как сына русского Царя Николая II.

11 июня 1971 года «Нью-Йорк Дэйли Миррор» Mirror объявил об исключительной публикации Воспоминаний и Наблюдений “Его Императорского Высочества Алексея Ничолаевича Романова, Царевича и Великого Князя России”, сына Николая II и оставшегося в живых после предполагаемой коммунистической резни российской царской семьи.

Его Императорское Высочество Алексей Романов и Михал Голеневский были одним и тем же лицом! Согласно «Дэйли Миррор», бывший Руководитель отдела Исследований и Анализа ЦРУ Херман Э. Кимси, в показаниях под присягой, подписанных 3 июня 1965 года, проверил личность человека на основе отпечатков пальцев (единственный отпечаток), зубной и медицинской документации, тестов почерка, анализа крови, и признание и конфронтации с друзьями детства и родственниками.

Недавние документы, выпущенные британским правительством, придают правдоподобность утверждениям Голеневского. Царская семья России очевидно не была убита большевиками, как считает общественность. Царь и его семья были вывезены из России британскими агентами, но боялись сообщить о факте, что они были все еще живы. Несомненно, они надеялись, что большевистское правительство падет, и они смогут возвратиться в Россию. Они мало знали, что Запад осуществит критические вливания еды, денег и технологий, чтобы удержать кровавых большевиков во власти.

Возможно, мы можем получить лучшую перспективу, отметив, что главный свидетель судебного преследования, Михал Голеневский, уже свидетельствовал под присягой и сказал, что был бы рад повторить свои обвинения в суде над Генри Киссинджером. В то время как ответчик в этом случае, Генри Киссинджер, отклоняет весь этот вопрос с шуткой… и ложью.

По крайней мере конгресс должен расследовать эти обвинения – возможно, как часть большего исследования отчета Киссинджера. Когда такое слушание состоится, мы надеемся, что парламентарии также изучат других квакающих существ в болоте Киссинджера.

Среди них, например, можно было бы назвать Уилфреда Бёрчетта, австралийского коммуниста, который был лишен паспорта его собственным правительством из-за его помощи коммунистам в Корейской войне. Бёрчетта приветствовал в Вашингтоне Киссинджер в 1971 для “консультаций” о войне во Вьетнаме. Человек, который помог обеспечить фальшивые “доказательства” биологической войны от Союзнических военнопленных во время Корейской войны, был одним из пользующихся наибольшим доверием эмиссаров Ханоя.

Как весело. Только, что было сказано, что мы никогда не узнаем. Но для Киссинджера основывать любую часть переговоров на заявлениях Бёрчетта, это то же самое, как консультироваться с Аль Капоне о том, как очистить Чикаго от преступности!

Намного более важный контакт Киссинджера – таинственный Виктор Луи, один из пользующихся наибольшим доверием Москвы – и самый важный – агентов КГБ. Киссинджер, как сообщают, встречался тайно с Луи в советском Посольстве в Лондоне сразу после его первой поездки в Красный Китай. “Виктор Луи” – в действительности, Виталий Евгеньевич Луй, который действует под прикрытием московского корреспондента для лондонской газеты «Ивнинг Ньюс».

Даже случайное исследование коллег Киссинджера и сотрудников в государственном департаменте показывает удивительное подобие в методах, которыми эта толпа глядит, идет и квакает. Среди многих вещей, объединяющих их всех, непоколебимая преданность разрядке, понижение американской обороноспособности, ущерб нашей национальной безопасности, заигрывание с Советами, и помощь коммунистическому миру.

Один из ключевых назначенцев Киссинджера, например, является Хельмут Зонненфельдт, давний представитель Госдепартамента, который теперь отвечает за торговлю с коммунистами.

Кореш, еще со времен военной службы Киссинджера в Германии, Зонненфельдт, как известно, был предметом шпионских исследований. Согласно специалисту разведки Фрэнку Кэпеллу, три бывших американских чиновника дипломатической службы свидетельствовали под присягой, что в 1950-ых Зонненфельдт передавал секретную информацию “агентам иностранной державы”. Кэпелл говорит, что Зонненфельдт также поставил под угрозу американские шифры, и что офицеры охраны рекомендовали открыть против него судебное преследование.

Назначение Зонненфельдта на высокий пост Министерства финансов должно было быть отозвано несколько лет назад, когда стало известным, что свидетели стремились засвидетельствовать, что Зонненфельдт лжесвидетельствовал во время слушаний об утверждении его назначения.

Но даже при том, что Зонненфельдт был отмечен как угроза безопасности, Генри K. “очистил” своего приятеля через Офис безопасности. Как? Назначив Джесси Макнайта на должность проверяющего. Макнайт был с уверенностью сочувствующим – он был идентифицирован в прошлом как агент советской разведки и предоставлял советской агентке Джудит Коплон правительственные отчеты. Участник Совета по международным отношениям Зонненфельдт мог чувствовать себя в безопасности с Макнайтом, отвечающим за ловлю подрывных элементов.

Зонненфельдт – единственный член кружка Киссинджера, который посещает конференции за закрытыми дверями с советским Послом Добринином. Конечно, Зонненфельдт работал в тесном сотрудничестве с Киссинджером в Москве во время переговоров по ОСВ I. Это Зонненфельдт сказал, что никакие усилия не должны быть приложены нами – или разрешены другим – для освобождения порабощенных народов, и характеризовал желание поляков освободиться как “романтичные политические склонности.”

Макнайт и Зонненфельдт были не единственными угрозами безопасности, помогающими фальшивочному цеху команды Киссинджера. Отнюдь нет. Киссинджер устроил Уильяма О. Холла, известного офицерам безопасности как партнер и контактное лицо известных коммунистов и советских агентов, на должность генерального директора американской Дипломатической службы, хотя он еще в 1956 году был идентифицирован как серьезная угроза безопасности.

Холл был уверен в себе, пока «The Review of the News» не раскрыла его фон в 1972 году. Холл тогда решил уйти в отставку, и Киссинджер выбрал Джеймса С. Саттерлина, чтобы заменить его. Саттерлин был “глубоко связан” с Эдвардом Келли, офицером охраны в американском Посольстве в Варшаве во время сексуально-шпионских скандалов, затрагивавших советских агентов и другой дипломатический персонал.

В то время как серьезные угрозы безопасности получали повышение по службе после того, как в Государственном департаменте возвысился Генри Киссинджер, известные антикоммунисты оттуда изгонялись.

Одним из «вычищенных» людей был государственный чиновник Джон Д. Хеменуэй. Хеменуэй пал жертвой очевидного заговора, который использовал ложные отчеты и нечестные оценки работы, чтобы уволить его. В отличие от многих других, которые ушли спокойно, Хеменуэй, однако, обратился с жалобой. Слушания полностью реабилитировали Хеменуэя, которого рекомендовали восстановить, продвинуть по службе, принести извинения, и даже выплатить компенсации за юридические расходы. Но генеральный директор хорошего друга Киссинджера Уильям Холл полностью изменил решение правления. И чистка продолжалась.

Другой человек ОСВ и высокопоставленный офицер разведки в команде Киссинджера – Борис Клоссон. Именно Клоссон, как американский адвокат для политических вопросов в Москве в 1961 году, очистил путь к возвращению Ли Харви Освальда в Соединенные Штаты. Известно, что Освальд, так называемый “убийца-одиночка” Джона Кеннеди, учился в школе КГБ почти два года.

Учитывая опыт Советов в деле внедрения агентов в зарубежные страны, трудно предположить, что заявление Освальда об изменении взглядов могло убедить такого государственного чиновника. (И если бы у Освальда действительно было искреннее изменение взглядов, могло ли быть так, что русские позволили бы ему покинуть страну?)

Это покажется менее озадачивающим, возможно, если мы отметим, что в недавнем случае апелляции государственного департамента, чиновник дипломатической службы рассказал, как Клоссон мешал ему от отсылать в Вашингтон отчет, посвященный операциям КГБ против американцев в России.

И затем есть невероятный случай выбора Киссинджером американского посла в Чили. Киссинджер выдвинул ультралевого Дэвида Поппера, чтобы представлять нас в стране, которая только что свергла первое избранное коммунистическое правительство в Латинской Америке.

Поппер, котоый был связан с подрывным Институтом Тихоокеанских Отношений, был принят на работу в Государственный департамент Алджером Хиссом. Он также работал в редакционной коллегии «Амерэйши», журнала, который был позже разоблачен как центр советской шпионской сети.

Выбор нашим Госсекретарем американского Посла в Китайской Республике (Тайвань) – то есть, в Свободном Китае – был еще более возмутительным. Это не был никто другой как Леонард Унгер, наш бывший посол в Таиланде, человек на сцене во время подозрительного ниспровержения антикоммунистического правительства премьер-министра Танома Киттикачорна.

Больше чем два десятилетия назад бывший советский агент по имени Элизабет Бентли потрясла комитет Конгресса, засвидетельствовав, что Советы управляли четырьмя агентурными сетями внутри американского правительства. Только две из сетей когда-либо были раскрыты. Согласно одному управлению безопасности, одна из неразоблаченных сетей работала в европейском отделе Государственного департамента; конфиденциальный отчет идентифицировал шесть человек, включая Леонарда Унгера, как участников.

По крайней мере один из близких контактов Киссинджера признается, что был коммунистом. Это – человек, которого ФБР однажды идентифицировало как главного сотрудника КГБ – советский Посол Анатолий Добрынин, руководитель всех операций КГБ в Соединенных Штатах.

Теперь известно, что расследование действий ЦРУ комиссией Рокфеллера (что похоже на то, как Джесси Джеймс, расследовал бы Долтонов) выявило доказательство существования запутанной шпионской сети КГБ на Капитолийском холме. У Советов даже была возможность перехвата телефонных звонков Конгресса и Белого дома! Что Киссинджер сделал, узнав об этом проступке его друзей? Он вмешался в их пользу!

25 августа 1975 года журнал «Newsweek» сообщал:

“Беспокойство Генри Киссинджера избежать напряженности в американо-советских отношениях распространялось на редактирование комиссии Рокфеллера по расследованию разведывательной деятельности. Оригинальный проект… доклада содержал длинный раздел о советском шпионаже в США, включая способность КГБ перехватывать коммуникации Белого дома через специальные антенны на крыше Посольства СССР. Это место было вырезано из отчета Рокфеллера, когда он был рассмотрен Советом национальной безопасности, который возглавляет Киссинджер.”

К середине 1975 года и Комиссия Рокфеллера и комитет под председательством Сенатора Фрэнка Чёрча исследовали и ЦРУ и ФБР. Но любой, кто поверит, что комитеты были обеспокоены коммунистической деятельностью в этой стране, к сожалению, ошибается.

На самом деле комитеты занялись тем, что вычищали антикоммунистов. То, что еще оставалось от американской внутренней безопасности, стремительно шло коту под хвост, поскольку Великий K. достиг власти над национальным разведывательным сообществом. Вывод ясен: подразделение Внутренней безопасности Министерства юстиции было распущено в марте 1973 года; Совет по контролю подрывной деятельности был демонтирован три месяца спустя; в 1974 году Список подрывных организаций Генерального прокурора был устранен; Комитет по Внутренней безопасности палаты был распущен в январе 1975.

Так выглядит ситуация сегодня в этом году, году двухсотлетия нашей Свободы. Поскольку коммунистическая военная угроза расширяется из-за секретной дипломатии Киссинджера на переговорах по ОСВ, Соединенные Штаты скатились – или их столкнули – на второе место. И поскольку коммунистическое проникновение и инфильтрация этой страны увеличились, способность американских сил безопасности поддерживать наблюдение и контроль такого проникновения уменьшилась.

Безопасность – по крайней мере, западная безопасность – кажется, почти совсем не беспокоит Генри К.

Но с ответственной командой Киссинджера у власти, с людьми вроде Холла, Зонненфельдта, Клоссона, Поппера, Банкера и всех прочих, руководимой высокомерным эгоистом, который является доказанным лгуном и обвиняемым агентом КГБ, действительно ли мы должны волноваться из-за каких-либо иностранных врагов?

Нетрудно согласиться с Уильямом Лёбом, независимым издателем профсоюзной газеты Манчестера (Нью-Хэмпшир), который написал:

“Возможно, Киссинджер действительно коммунистический агент. Во всяком случае, он не мог бы причинить больше вреда Соединенным Штатам или принести больше пользы Советскому Союзу, если бы он им был!”

Материалы по теме:

Вот мы и узнали кто дергает Байдена, Меркель, Макрона за ниточки, сам оставаясь в тени
Грядет Великая Перезагрузка - окончательное решение вопроса о свободе личности. Давос, Обама, Клаус Шваб, Трюдо и другие нео-фашисты. 
Беларусь: Возвращение концлагерного совка
Не могла решиться на этот пост, но надо. Хотела описать литературно, но не выходит. Поэтому пишу как есть, про то, что происходило с задержанными ...
О перезагрузке, и что будет дальше
О происходящей перезагрузке. Что будет дальше, если не будет сопротивления, и о возврате к прежней свободе. О целях глобалистов и свободе воли. Наука, материя ...
Краткая история СССР
Как только умер Ленин, оказалось, что второй человек в партии, товарищ Троцкий — предатель. Каменев, Зиновьев, Бухарин и Сталин свергли Троцкого и изгнали из ...
Великая перезагрузка: глобалисты из глубинного государства захватывают мир и вас!
«Великая перезагрузка» глобалистов, которую навязывают как часть паники COVID, придает новое значение фразе «Не волнуйтесь, будьте счастливы». В соответствии с ним государство владеет всем и ...
Подписаться
Уведомить о
guest
0 Комментарий
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии