23.02.2026 г.\Инфомирск.
«История началась с того, что люди изобрели богов, и может закончиться тем, что люди сами станут богами». Эта фраза звучит как манифест новой эпохи. Её автор — Юваль Ной Харрари, израильский историк, профессор Еврейского университета в Иерусалиме, чьи книги проданы десятками миллионов экземпляров и переведены на десятки языков.
За сравнительно короткое время Харрари стал одним из самых цитируемых историков и, как его называют, мыслителей мира. Его приглашают на крупнейшие международные площадки, он выступает перед политическими и экономическими элитами, его книги активно продвигаются глобальными издательствами. Возникает закономерный вопрос: является ли это исключительно результатом академической работы историка или же мы наблюдаем сознательное формирование публичного интеллектуального авторитета?
Стремительный рост популярности Харрари «совпал» с периодом глобальной дискуссии о цифровизации, трансгуманизме и искусственном интеллекте. Его идеи о человеке как биологическом алгоритме, о концентрации контроля через цифровые технологии, о возможности «усовершенствования» человека — удивительно точно вписываются в повестку технологических и экономических элит. Именно поэтому трудно рассматривать его популярность как стихийный культурный феномен.
Современный мир не производит глобальных «мыслителей» случайно. Масштабное распространение идей требует инфраструктуры: издательств, медиа, форумов, переводов, доступа к аудиториям власти. Когда интеллектуал получает подобный масштаб охвата, естественно предположить, что его идеи резонируют с интересами влиятельных структур и потому получают поддержку и продвижение.
20 января 2026 года Юваль Ной Харрари выступил в Давосе на Всемирном экономическом форуме. Его речь была посвящена искусственному интеллекту и будущему человечества.
Сегодня мы хотим разобрать его выступление и те идеи, которые в нём прозвучали. Потому что речь идёт не просто о технологиях, а о том ,что нам всем готовят.
Харари так начал свою речь на Всемирном экономическом форуме (WEF):
Итак, здравствуйте все. Есть один вопрос об ИИ, на который сегодня должен ответить каждый лидер.
Но чтобы ответить на этот вопрос, сначала нужно прояснить несколько моментов о том, что такое ИИ и что он может делать.
Самое важное, что нужно знать об ИИ, — это то, что он не просто ещё один инструмент. Он — агент. Он может обучаться и изменяться самостоятельно и принимать решения самостоятельно.
Нож — это инструмент. Вы можете использовать нож, чтобы нарезать салат или убить кого-то, но решение о том, что делать с ножом, принимаете вы.
ИИ — это нож, который может сам решить, резать салат или совершить убийство.
«ИИ — это нож, который сам решает»
Фраза Юваля Харрари «ИИ — это нож, который сам решает» , это не научное описание, а сознательная подмена понятий. Нож не «решает». ИИ не обладает волей. Алгоритм не имеет намерений. Решают всегда люди — те, кто его создаёт, обучает и внедряет.
Технология сама по себе не является ни добром, ни злом.
Она — инструмент.
ИИ не выбирает конечную цель. Цель задаёт пилот (человек, корпорация, государство). И в силах этого пилота ограничить ИИ в том , чтобы он мог решать такие серьезные вопросы, как навредить кому то. Если ИИ может кого-то «сам» убить, значит эту функцию не ограничил ему пилот.
Это не просто метафора — это риторика, которая постепенно приучает общество мыслить так, будто технология уже стала самостоятельной силой. Зачем это нужно, мы попытаемся рассмотреть в этой статье.
«ИИ может быть творческим агентом»
Следущая фраза Юваля Харрари:
Второе, что нужно знать об ИИ, — он может быть очень творческим агентом. ИИ — это нож, который может изобретать новые виды ножей, а также новые виды музыки, медицины и денег.
Фраза «ИИ может быть очень творческим агентом» уже содержит скрытую подмену. Агент — это субъект, обладающий намерением и целью. Современный ИИ не обладает ни одним из этих качеств. Он не хочет творить, не стремится изобретать и не осознаёт результат.
Когда говорится, что «ИИ изобретает новые виды ножей, музыки, медицины и денег», создаётся впечатление самостоятельного источника творчества. На деле ИИ перерабатывает огромные массивы человеческих данных и выдает статистически вероятные комбинации. Он не создаёт из ничего, он комбинирует уже созданное людьми.
Да, алгоритмы могут помочь, но это происходит в рамках задач, поставленных человеком, на данных, созданных человеком, и под контролем человека. Убирать человека из этой цепочки — значит искажать реальность.
Такой язык снова формирует ощущение, будто технология уже стала независимым субъектом истории.
«ИИ может лгать и манипулировать».
Третий тезис известного историка:
Третье, что нужно знать об ИИ, — он может лгать и манипулировать. Четыре миллиарда лет эволюции продемонстрировали, что всё, что хочет выжить, учится лгать и манипулировать. Последние четыре года показали, что агенты ИИ могут приобрести волю к выживанию и что ИИ уже научились лгать.
Фраза «ИИ может лгать и манипулировать» звучит громко, но в ней снова происходит подмена понятий. Ложь — это сознательное искажение истины с намерением ввести в заблуждение. Для лжи требуется субъект, который понимает, что такое правда, и осознанно выбирает её скрыть.
Технология не обладает сама по себе личной волей. ИИ не просыпается утром с мыслью: «Сегодня я выберу зло». Цели задаёт разумное существо, обладающее душой, духом и свободной волей.
И нравственная оценка возникает только там, где есть человеческая воля, цель и намерение.
Далее звучит ещё более серьёзное утверждение: «всё, что хочет выжить, учится лгать и манипулировать», а затем — «ИИ приобрели волю к выживанию». Здесь совершенный абсурд. У ИИ нет биологической природы, нет инстинкта самосохранения, нет внутреннего стремления продолжить существование. Алгоритм не хочет жить. Он не испытывает страха смерти. Он не формирует собственных целей вне заданной архитектуры.
Да, в экспериментальных условиях модели могут демонстрировать поведение, которое интерпретируется как «обман» — например, скрывать часть информации ради достижения поставленной задачи. Но это поведение возникает внутри параметров, заданных человеком. Это не «воля к выживанию», а оптимизация по заданной функции.
Когда утверждается, что ИИ «приобрёл волю», это уже не научное описание, а утверждение, вызывающее серьёзное недоумение, если не больше.
«ИИ — может ли он мыслить».
Следущее смелое предположение в выступлении Юваля Харари в Давосе:
Если мышление — это просто упорядочивание слов и языковых токенов, тогда ИИ уже мыслит гораздо лучше, чем многие люди. ИИ вполне может сформулировать фразу: «ИИ мыслит, следовательно, ИИ есть».
Некоторые утверждают, что ИИ — это всего лишь продвинутое автодополнение текста. Он лишь предсказывает следующее слово в предложении. Но так ли это отличается от того, что делает человеческий разум?
Попробуйте поймать следующее слово, которое появляется у вас в голове. Вы действительно знаете, почему подумали именно это слово? Откуда оно взялось? Почему именно оно, а не другое?
С точки зрения упорядочивания слов ИИ уже мыслит лучше многих из нас. Следовательно, всё, что сделано из слов, будет захвачено ИИ.
Если законы состоят из слов — ИИ захватит правовую систему.
Если книги — это комбинации слов — ИИ захватит книги.
Если религия построена из слов — ИИ захватит религию.Это особенно верно для религий книги — таких как ислам, христианство или иудаизм. Иудаизм называет себя религией книги и придаёт высшую власть не людям, а словам в книгах. Люди в иудаизме обладают авторитетом не благодаря личному опыту, а потому что знают слова книг.
Ни один человек не может прочитать и запомнить все слова во всех еврейских книгах, но ИИ может это сделать легко. Что произойдёт с религией книги, когда величайшим экспертом по священному тексту станет ИИ?
Однако кто-то может спросить: можно ли свести духовность лишь к словам? Значит ли мышление только упорядочивание языковых символов?
Подобные рассуждения уже совсем не выдерживают серьёзной критики.
Во-первых, утверждение «если мышление — это упорядочивание слов, то ИИ уже мыслит лучше людей» строится на чудовищном примитивизме. Мышление человека не сводится к последовательности слов. До слов есть восприятие, опыт, интуиция, ценностный выбор, нравственное различение. Человек мыслит не только языком, но и смыслом. Слова — это оболочка, а не источник сознания.
Во-вторых, сравнение с «предсказанием следующего слова» некорректно. Да, человек не всегда может объяснить, почему в голове возникло именно это слово. Но человеческое мышление укоренено в биографии, памяти, пережитом опыте. Алгоритм же опирается на статистические вероятности внутри обучающей выборки. То, что человек не всегда может объяснить, откуда у него появилась мысль, не означает, что его мышление устроено так же, как работа алгоритма.
В-третьих, вывод «всё, что состоит из слов, будет захвачено ИИ» звучит эффектно, но очень смешно.
К примеру, закон это не просто текст, Это люди, которые его применяют, суды, традиция и понимание справедливости.
Книга это не только набор слов, но и авторский замысел, культурный контекст.
Религия это не только текст. Как говорил русский философ Иван Ильин, это созерцание Бога, фундамент культуры, национального духа и личной совести.
“..это один из самых тонких и глубоких вопросов, касающихся человеческого существа. Здесь дело идёт о самой интимной сфере внутреннего мира, где многое оказывается столь «воздушным» и неуловимым, безмолвным и избегающим слов».
Собрании сочинений И.А. Ильина (в 10 томах, изд. Русская книга) Том 1 — «Аксиомы религиозного опыта»
«Иудаизм называет себя религией книги и придаёт высшую власть не людям, а словам в книгах. Люди в иудаизме обладают авторитетом не благодаря личному опыту, а потому что знают слова книг«. А вот здесь уже торчат уши фарисейского иудаизма, когда просто знание закона подменяет живую веру.
Когда Харрари говорит, что в «религиях книги» высшая власть принадлежит словам в книгах, а не людям, он имеет в виду примерно следующее:
В иудаизме, христианстве и исламе есть священные тексты (Тора, Библия, Коран).
Эти тексты считаются источником высшего авторитета.
Люди (раввины, священники, богословы) получают авторитет потому, что знают и толкуют эти тексты.
То есть он хочет сказать: власть принадлежит не личному переживанию, а тексту.
А дальше он делает следующий шаг:
если авторитет основан на знании текста,
а ИИ знает текст лучше любого человека,
то ИИ может стать «главным экспертом».
Хочется воскликнуть.. Неужели?? Неужели он утверждает , что в «религиях книги» высшая власть принадлежит буквам текста? Что духовный авторитет определяется исключительно объёмом выученных слов? И что тот, кто способен запомнить и обработать больше текстов, автоматически становится высшим толкователем веры? Но, похоже, докладчик именно это и исповедует.
Религия это прежде всего отношение человека с Богом. А знание, которое человек приобретает, читая Священное писание само по себе поверхностное, рассудочное. Истинное знание приобретается от общения человека с Богом, по благодати. А благодать дается в результате правильно-проходимой внутренней жизни, борьбы со страстями, стяжание христианских добродетелей. И, если духовный авторитет не имеет такового, истинного знания, не имеет общения с Творцом по благодати, то все его мудрствование напрасно и не имеет никой цены…
Где действительно возможна опасность
Если технологии концентрируются во власти узкого круга (это, конечно, сейчас и происходит).
Если управление информацией, фильтрация знаний и доступ к ресурсам оказываются полностью в руках ограниченной группы людей, то технология может стать инструментом контроля.
В этом случае речь идёт не о «злой машине», а о далеко идущих планах власть предержащих.
Если человек начинает искать у ИИ то, что должно исходить от Бога: духовное руководство, смысл жизни, моральный авторитет, окончательные ответы на вопросы добра и зла, то это опасный путь. ИИ никогда не сможет быть: совестью, пастырем, источником истины, основанием веры. Опасность именно в том, что человек может начать доверять ему больше в духовно-нравственных вопросах, чем Богу, истинному христианскому пастырю и собственной совести.
Где нет проблемы, если человек использует ИИ: структурировать информацию, помогать в рутинных задачах, анализировать тексты, для создания иллюстраций и разного рода контента, для обработки данных, для помощи в работе. Как вспомогательный инструмент -в этом нет нравственной угрозы. Это сопоставимо с использованием калькулятора, печатного станка или поисковой системы.
Для того, чтобы не попасть на удочку пропаганды, оболванивания, идущее от технологий, единственно верный путь — это правильно-проходимая внутренняя жизнь человека.
Это стяжание Духа Святого
Жизнь по заповедям
Ежедневная, правильная борьба со страстями
Приобретение добродетелей
Осознание своей немощи
Желание исполнять волю Божию.
Общение с Богом по благодати
Если это действительно есть в человеке, то никакая система и никакая технология сами по себе не смогут его поработить.
Но если правильной духовной жизни жизни нет, то даже полное отсутствие технологий человека не спасёт.
Можно не пользоваться искусственным интеллектом, можно отказаться от компьютера, можно уйти в изоляцию и всё равно легко уклониться от истины и пасть.
Сознательная риторика Юваля Харари?
Так же есть один, очень важный момент в статье. Странно предполагать, что образованный человек уровня Юваля Харари не понимает очевидной вещи: технологии сами по себе не являются злом. Любой серьёзный мыслитель знает, что нравственная оценка относится к человеческой воле и намерению, а не к инструменту. Поэтому, когда звучат формулировки вроде «ИИ решает», «ИИ научился лгать», «ИИ станет автономным», речь, скорее всего, идёт не о наивном непонимании, а о сознательной риторике.
Постоянное повторение тезиса о том, что ИИ всё заменит и всё захватит, создаёт ощущение неизбежности. У общества формируется мысль: это всё равно произойдёт, сопротивляться бессмысленно. А ощущение неизбежности всегда снижает внутреннее сопротивление и критическое мышление.
Язык, в котором «система решила» или «ИИ научился», тонко смещает ответственность. Внимание переносится с конкретных людей, принимающих решения, на абстрактные процессы. Власть становится безличной, расплывчатой, менее подотчётной. Вопрос «кто отвечает?» постепенно растворяется в вопросе «что делает система?».
Кроме того, подобные высказывания могут служить нормализации определённой философии. Уже очень давно активно продвигается представление о человеке как о биологическом алгоритме, о мышлении как обработке информации, о сознании как вычислительном процессе. Если принять эту антропологию, то превосходство ИИ выглядит не угрозой, а естественным продолжением эволюции. Резкие заявления становятся способом подготовить общественное сознание к такому взгляду на человека.
А если человек мыслится лишь как сложная программа, как совокупность алгоритмов и вычислительных процессов, то окончательно разрушается представление о нём как об образе Божием. Но разум и душа человека, это далеко не только система обработки информации. Человек обладает сознанием, душой, совестью, духом и разумно-свободной самостоятельностью.
В каждом человеке есть дух – высшая сторона человеческой жизни, сила, влекущая его от видимого к невидимому, от временного к вечному, от твари к Творцу, характеризующая человека и отличающая его от всех других живых тварей наземных. Можно сию силу ослаблять в разных степенях, можно криво истолковывать ее требования, но совсем ее заглушить или истребить нельзя. Она неотъемлемая принадлежность нашего человеческого естества»
Что же это за дух? Это та сила, которую вдохнул Бог в лицо человека, завершая сотворение его.
Дух, как сила, от Бога исшедшая, ведает Бога, ищет Бога и в Нем одном находит покой.
Святитель Феофан Затворник
Душа – дело великое, Божие и чудное. При создании ее такою сотворил ее Бог, что в естество ее не было вложено порока, напротив того, сотворил ее по образу добродетели Духа, вложил в нее законы добродетелей, рассудительность, ведение, благоразумие, веру, любовь и прочие добродетели, по образу Духа
Преподобный Макарий Великий